Вы - новичок

и хотите больше узнать о движении или вступить в него

Вы - активист

и вас интересует жизнь движения

Вы - инвестор

и вы заинтересовались проектами движения и возможностью финансирования

Вы - журналист

и ищете информацию или хотите взять интервью

Feed aggregator

Наибольший прогресс в сторону молекулярных нанотехнологий (они же механосинтез и нанороботы) обеспечила троица Дрекслер, Фрайтас и Меркл. Жаль, что терпения у них не хватило (а также не было знания ЖСТЛ), чтобы додавить эту тему. Поэтому где-то в середине нулевых все встало. В конце нулевых я ездил на мероприятие по крионике (Cryonics Teens & Twenties, когда я еще был в twenties), а потом решил завернуть на конференцию по нанотеху в Калифорнии (конфа Foresight Institute). Базовые темы были и так понятны, но из ценного я подчерпнул то, что проблема трехмерного позиционирования для наносборки в целом тривиальная (просто никому не нужно это), а главный косяк в отсутствии софта для проектирования наноустройств.

Это была версия Фрайтаса и Меркла, озвученная ими во время одной из наших совместных трапез. Я пометил себе, что надо эту проблему решить.

Вернувшись в Москву, я через некоторое время инициировал в РТД проект НаноСАПР. Мы привлекли ребят из Русского САПРа (потом они сошли с ума на почве стартаперства, стали продавать всякие гаджеты в Нигерию и показывать их патриарху), в целом проработали проект по созданию нормальной САПР системы. Показывали проект на Роснанофоруме, обсуждали с Чубайсом. К сожалению, донести до Чубайса важность этого проекта не удалось, он настаивал на то, что уже через три года надо показать громадный рынок нанопродукции, а откуда она возьмется - не принципиально. Поэтому мы переструктурировали проект, чтобы выделить там ключевой первый шаг - нормальную среду для разработки. Сначала мы планировали сами делать перчатки для VR управления, но через некоторое время я посетил офис Leap. Их новое устройство, которое они готовили к релизу, вполне заменяло перчатки. Я, было, уже понадеялся, что вот уже скоро все будет, но почему-то никто из VR разрабтчиков не смог врубиться в потенциал контроллера Leap Motion.

Так что мы заодно сделали целую революцию в сфере VR/AR приложений. С третьей попытки трансгуманист Артем Столяренко сделал первый рабочий прототип НаноЛаба, на котором стало ясно, что вот он - ключевой кирпичик в основании наноиндустрии. Как только мы в этом убедились, мы активизировали работу по проекту, нашли международных разработчиков, заручились поддержкой у ключевых технологических партнеров - Unity, Microsoft, HTC.

Сейчас дорожная карта проекта проработана достаточно и что особенно радует, так это возможность сделать подарок Мерклу, Фрайтасу и Дрекслеру. Страшно представить, столько идей у них накопилось о том, как делать наномашины... В общем меня даже самого торкает от перспектив, а, казалось бы, я уже все повидал и обо всем почитал. :-) Ан нет, бывают штуки, которые даже меня поражают. :-) Особенно весело, когда это штуки, которые придумал я сам. :-)


По просьбе Роберта Фрайтаса и Ральфа Меркля мы разработали инструмент для проектирования нанороботов. И рад сообщить, что сейчас мы развертываем масштабную работу по его внедрению и применению. Думаю, через 5 лет сотни тысяч человек по всему миру будут участвовать в проекте по созданию нанороботов. Какой контраст с сегодняшним унылым положением дел в нанотехнологиях, где нобелевскую премию дают за <A HREF="https://meduza.io/feature/2016/10/05/nobelevskuyu-premiyu-po-himii-dali-za-sintez-molekulyarnyh-mashin-chto-eto-takoe>два долбаных колечка</A>, сцепленных вместе...


Это видео про КриоРус, в главной роли директор по науке Игорь Артюхов. Скоро на Bloomberg TV выйдет большой материал про деятельность РТД, не только про крионику в КриоРус. А пока можно прочитать большую статью: Decapitate and Freeze Now. Figure Out Immortality Later.
Мы осуществляем политику открытости при подготовки и проведении клинических исследований терапий старения.  Мы предлагаем обоснование минимального набора маркеров, для определения возрастных изменений и оценки будущих терапий против них.

Наша задача развернуть не только профессиональную дискуссии на тему замедления старения, чтобы повысить качество работы, но и объяснить её значение всем, кто заинтересован в разработке терапий, направленных на увеличение продолжительности жизни.

Более детальную информацию о нашей стратегии можно будет узнать 26 ноября на открытом семинаре «Диагностика и терапия старения» в технохабе Ключ

12:00 - 12:30 - Сбор гостей
12:30 - 13:00 - Миша Батин «Пациентская организация, как инициатор клинических испытаний терапий старения»
13:00 - 14:30 - Дима Веремеенко «Можно ли обратить возраст сосудов вспять»
14:30 - 15:00 - Кофебрейк
15:00 - 16:30 - Александр Фединцев «Современное представление о модулировании процесса старения»
16:30 - 17:00 - Кофебрейк
17:00 - 17:30 - Николай Крючков «Клинические исследования и разработка лекарственных препаратов и медицинских изделий для продления жизни».
17:30 - 18:00 - Алексей Маракулин «Регистрация пациентской организации Open Longevity»
18:00 - 18:30 - Кофебрейк
18:30 - 19:00 - Стас Скакун «Опыт биохакинга против старения»
19:30 - 20:00 - Демонстрация персональных средств диагностики старения: ангиоскан и кардио-флешка

Анкета для участника: https://docs.google.com/forms/d/e/1FAIpQLSe4p22jMAYJMRlL9Fur-IXhCuXqmQF2_AQUuLmcwxvOC5yYLw/viewform?c=0&w=1

https://www.facebook.com/events/608593869312354/

Итак, обоснование первого шага от Александра Фединцева
Старение характеризуется хроническим системным воспалением. Одними из важнейших маркеров воспаления являются С-реактивный белок и интерлейкин-6 (ИЛ-6).

ИЛ-6 входит в состав секретома сенесцентных клеток (SASP) и динамика его уровня может косвенно свидетельствовать об интенсивности секреции факторов, относящихся к SASP. Способность ИЛ-6 к индукции эпителиально-мезенхимального перехода ассоциирована с раковым  перерождением клеток и метастазированием (1, 2)

Пациенты, у которых уровень ИЛ-6 в плазме находился в трети самых высоких значений, имели в 2.48 раза больший риск развития колоректального рака (95 % CI 1.26-4.87; p-trend 0.02) по сравнению с пациентами с самыми низкими значениями этого цитокина (3). Уменьшение уровня циркулирующего ИЛ-6 в плазме на 1пг/мл значимо ассоциировано с 12% снижением риска рака печени (4).

С-реактивный белок вместе с VO2max являются сильными предикторами рака легких (относительный риск выше в 4.19 раза 95% CI: 1.66-10.57) (5)

Более того, риск рака легких был выше у людей независимо от уровня VO2max. Относительный риск 3.22 для высокого уровня VO2max ( 95% CI: 1.44-7.20, p < 0.01) и 3.15 (95% CI 1.27-7.78, p = 0.01) для низкого.

И высокие уровни ИЛ-6, и высокие уровни С-реактивного белка служат хорошими предикторами внезапной сердечной смерти (6). Взаимное соотношение между уровнями высокочувствительного С-реактивного белка и ИЛ-6 может служить хорошим предиктором ишемического инсульта (7).

С-реактивный белок и ИЛ-6 оказались хорошими предикторами рисков наступления возраст-зависимых заболеваний и продолжительности жизни (8).

В рамках данного исследования участников разделили на две группы: “успешно стареющие” (у которых не регистрировалось инфарктов, инсультов, ССЗ, рака, диабета и отличавшихся высокими показателями в когнитивных  и физических тестах) и прочие.

У “успешно стареющих” уровни ИЛ-6 и С-реактивного белка статистически значимо увеличивались с возрастом (для обоих p < 0.001). У второй группы статистически значимо увеличивался только ИЛ-6 (p < 0.001). У “успешно стареющих” уровни обоих маркеров оказались статистически значимо ниже чем во второй группе (для обоих  p < 0.001).

Высокие уровни обоих маркеров статистически значимо были связаны с более низкими результатами физических и когнитивных тестов (p < 0.001). Оба маркера были статистически значимо ассоциированы с более долгой продолжительностью жизни в обеих группах (p < 0.001). Все зависимости сохранялись после поправок на возраст, пол, ИМТ, курение и пр.

В ряде исследований было показано, что толщина комплекса интима-медиа сонной артерии монотонно растет с возрастом (9 Fedintsev et al., unpublished).

Этот рост интересен не только как биологический феномен, а имеет вполне практическое применение. Так, было показано, что увеличение толщины КИМ сонной артерии на 0.1 мм статистически значимо увеличивает риск инфаркта миокарда на 15%  (95% CI, 1.12 - 1.17), а риск инсульта на 18% (95% CI, 1.16 - 1.21) с учетом поправок на возраст и пол (10)

Более того, толщина каротидного КИМ также ассоциирована с метаболическим синдромом (11), секрецией инсулина (12) и даже наличию камней в желчном пузыре (13).

ТИМ является релевантным и значимым (p = 0.003) предиктором прогрессии от легкого когнитивного нарушения до болезни Альцгеймера (14). Другое исследование также связывает толщину КИМ с риском наступления деменции (15). ТИМ в одиночку или в комбинации с уровнем гомоцистеина выступает в роли значимого предиктора сердечно-сосудистой смертности и смертности от всех причин (16, 17).

Помимо оценки эффективности препаратов, необходимо также учитывать их безопасность. Одним из наиболее частых и серьезных побочных эффектов является гепатотоксичность. Признанными клиническими маркерами гепатотоксичности (Hy’s law) являются трансаминазы АлТ и АсТ, а также сывороточный билирубин (18) Дополнительными маркерами безопасности могут служить креатинфосфокиназа и скорость клубочковой фильтрации.

1.     https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/24698728
2.     https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/26512918
3.     https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/26220152
4.     https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/26096712
5.     https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/26008754
6.     https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/23906927
7.     https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/24627113
8.     https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/27274758
9.     http://www.revespcardiol.org/en/carotid-intima-media-thickness-in-subjects/articulo/13146858/
10.   https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/17242284
11.   https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/24681913
12.   https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/26828784
13.   https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/24921032/
14.   https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/25633680
15.   https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/18077061
16.   https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/16275507
17.   https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/23636001
18.   https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/16444771

Pages